Nov. 16th, 2011

snowoctopus: (Default)
“Последнее слово для меня — не художественность, не эстетическое; последнее слово — духовная трезвость, т. е. состояние, при котором слово поверяет себя молчанием, а эмоциональный порыв соотносится с духовными, а не просто душевными, критериями”
Из воспоминаний Бибихина об Аверинцеве.
http://lib.rus.ec/b/227615/read#t7
snowoctopus: (Default)
" ...всякое настоящее искание, которое не
устает, проходит через такт амехании, полной безвестности, рас-
терянности.
Отношение Деррида к слову, к тексту — слово у него
в ≪разнесении≫, распадается на буквы, переплавляется в сходные
слова, написания, эти переходы ведут его мысль — поддержива-
ется тактом зависания слова. Он вдруг видит слово, одним весен-
ним утром 1990 года, это было слово ≪каскад≫ (каскад бед, рас-
стройств, с этого началось) — вдруг словно впервые. Это бывает
часто. И каждый раз тогда он бессмысленно, непонимающе и от-
сутствующе видит слово с тем же самым отсутствием малейшего
отклика, как его мать в последний год жизни, никого не узнающая,
ничего не понимающая, не узнающая сына и не отвечающая на его
приветствия. И каждый раз это зависание слова оказывалось — так
случалось — началом новой любви, открытием новой земли; и каж-
дый раз, когда это зависание случалось, оно было как началом кас-
када, любви ко всем словам. Что произойдет и то и другое, слово
вдруг выпадет из лексической сетки, станет неприступным — и по-
том откроется в свежей заманчивой прелести, человек сам устроить
или хотя бы надеяться на это не может, то и другое выпадает, как
всегда неожиданность.
Как в слове, так во всём. Мы цитировали о том, как всё, лите-
ратура, политика, философия перестают существовать, ничто не
важно и не интересно; как то слово, так вообще всё зависает в по-
кинутости, обмане, всё раздражает и приводит в отчаяние, нетер-
пение. Нельзя сказать ничего; что ни скажешь, упадет глухой глу-
постью, никому не нужной, на землю, — и как раз этот и только
этот момент бессилия вдруг, опять же сам собой перерастает в со-
всем свежую захваченность интересом ко всему на свете, ко всем
вещам, языку, литературе, философии, и тогда как в невнятной
речи от счастья человек пишет: (Перевод: не встречал никого, в истории человечества я не могу себе
представить никого, подождите, подождите, никого, кто был бы счастливее
меня, удачливее, эвфоричнее, это истинно a priori, не так ли, пьянее от непре-
рывного наслаждения, haec omnia uidemus et bona sunt ualde, quoniam tu ea uides
in nobis XIII34,49 [всё это мы видели и всё это очень хорошо, потому что ты это
видишь в нас].
Это впускание других глаз, Бога, допущение того, чтобы Бог
видел через нас то, что Он увидел в самом начале свежего творе-
ния, обеспечено отпусканием, пустотой зависания, опять же ре-
шимостью на такт оставленности, на то чтобы быть
constamment
[sic] triste, privé, destitué, déçu, impatient, jaloux, désespéré, négatif et
névrosé94* (94* Перевод: постоянно печальным, обделенным, отставленным от дел,
разочарованным, нетерпеливым, ревнивым, отчаявшимся, отрицательно на-
строенным и невротичным
)
Брошеность, пустота, амехания не случаи, а первая и главная
реальность.
Неясно, почему мать бросила в мир, почему не остави-
ла при себе, выгнала в жестокую школу, не удержала дома. Но зато
и она же оставила хранительную наследственность, спасительную, (Перевод: потому что ее способность к молчанию и амнезии — это то,
что я разделяю лучше всех в мире, ничего не сказать, вот чего они не выносят,
что я не говорю ничего, никогда ничего состоятельного или ценного, не выска-
зываю никакого тезиса, который можно было бы опровергнуть, ни истины ни
лжи, даже не, не пойман не вор, и это не стратегия, но насилие пустоты, через
которое Бог скрывается во мне насмерть.)
В круговой обороне, никогда не сдастся. Отсюда, из этого железо-
бетонного неприступного молчания всё, до Деррида не достучаться
и не докричаться как до его матери в предсмертном забытьи — ко-
торая и раньше никогда не прочла ни одной его строки, не загляды-
вала ни в одну его книгу.(96* Перевод: Незабываемая мощь моих дискурсов связана с тем, что они
перемалывают всё вплоть до немого пепла, от которого остается только имя,
едва ли мое, и всё это вращается вокруг ничто, Ничто, где Бог мне напоминает о
себе, это моя единственная память.)
Одна из хитростей глухого молчания: с невозмутимой холод-
ностью говорить о трагическом, взяв его в кавычки и ведя словно
его грамматический разбор."
В.В. Бибихин "Лес"

Profile

snowoctopus: (Default)
snowoctopus

December 2011

S M T W T F S
     123
4 56 78 910
11 12 1314151617
18 1920 21222324
25262728293031

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 09:40 am
Powered by Dreamwidth Studios